Венедиктов: Нынешняя революционность молодёжи — это не про политику, а про образ жизни

21.05.2017 12:41

Главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов в беседе с журналистом «Реального времени» поразмышлял о современной российской политике.

«Мы видим, как в последние два года произошли довольно резкие изменения, и это не просто омоложение. Пришло два типа кадров. С одной стороны, это люди, которые в 90-х работали в бизнесе, потом ушли в бюрократию. Тут можно назвать, например, врио губернатора Пермского края Максима Решетникова, врио губернатора Новгородской области Андрея Никитина, губернаторов Калининградской области, Якутии и так далее.

С другой стороны, это бывшие военные, такие как губернатор Тульской области Алексей Дюмин. С третьей стороны, это молодые технократы, такие как министр экономики Максим Орешкин. Мы видим, что Путин меняет управленческую элиту. Опора будет на тех, кто в предыдущей каденции занимал высокие должности, но был на вторых ролях. Видимо, лев готовится к прыжку», — рассказал он.

Венедиктов считает, что Путин может пойти на выборы 2018 года.

«Очевидно, что если Путин идёт на президентские выборы, ему понадобится новая повестка дня. Повестка эта может быть либо архаичной, изоляционистской, мобилизационной, либо, наоборот, неожиданно модернистской. А Путин, как мы знаем, мастер неожиданностей. Но в любом случае четвёртый мандат, как мне представляется, не может быть продолжением третьего, центром которого был Крым. Да, Крым принёс ему народную любовь — не только голоса, которые можно посчитать как угодно, но и любовь, уважение. Но это начинает сыпаться. Ну просто время проходит. Так что вопрос — как вернуть эту любовь, чем перекрыть Крым?

Владимир Владимирович мучительно размышляет над содержанием четвёртого мандата. Он же очень умный человек. Он понимает, что он делает. Просто он считал (или считает до сих пор) эффективным архаичный ответ на вызовы. Но эта эффективность исчерпывается, он же видит. Неважно, что он говорит — он это видит и понимает. Мы видим, как он сейчас пытается решить вопрос изоляции России от западных партнёров. Потому что последние предлагают разные примеры — путь Трампа и Брексита и путь Макрона и Меркель. И вот он стоит перед выбором. Чисто по-человечески ему ближе архаический ответ.

Я вам приведу один пример (наверное, о нём уже можно писать). Однажды я у него спросил: „Владимир Владимирович, а что вы не пользуетесь интернетом? Удобно же. Погода там, то-сё“. Он ответил так (приблизительно пересказываю): „Понимаешь, в чем дело. Твой интернет — это область дезинформации и манипуляции (а разговор был ещё до соцсетей). Я принимаю решения, которые касаются миллионов людей. Я должен быть на сто процентов уверен в информации, которой я пользуюсь при принятии решения. Мне эту информацию дают за своей подписью генералы, и если они меня обманут, я им оторву, что полагается, и погоны сорву. А в вашем интернете безответственная информация. Я не могу её верифицировать и поэтому я не могу брать ее за основу принятия решений“.

И он частично прав. Он недоверчивый человек, он воспитанник спецслужб, ему важно, чтобы бумагу товарищ генерал-лейтенант подписал. И генерал-лейтенант понимает, что если он подпишет вранье, он станет просто лейтенантом. В лучшем случае. А когда некто с ником „123збг“ пишет, что Алеппо бомбят... Бомбят, не бомбят? Вот если генерал напишет: „Алеппо бомбят“, — значит, бомбят. Понимаете, да? Мы люди XX века, мы привыкли не к анонимной информации», — объяснил он.

Также Венедиктов порассуждал на тему молодёжных протестов.

«Что мы видим нового? Возник стихийный протест молодёжи. На мой взгляд, он совершенно несравним с протестом 2011—2012 годов, когда на улицу вышли в среднем 40-летние люди, у которых отобрали голос. Молодежи на голос „положить“. Я думаю, что сейчас мы наблюдаем инстинктивную реакцию молодых людей прежде всего на образ жизни. А именно на мракобесную позицию государства и возможные ограничения в интернете. Надо помнить о том, что молодёжь сейчас оказалась в зоне, которой руководят два мракобеса: министр образования и министр культуры. И у власти разорван диалог с молодыми людьми, власть ничего не делает, она их загоняет назад, предлагая жить так, как жили деды.

Думаю, что это серьёзная проблема для власти на коротком этапе. Надо вспомнить 1968 год во Франции, где молодёжь тоже почувствовала угрозу своему образу жизни и практически уволила национального героя де Голля. Де Голль так и не понял, что случилось, он вёл себя „как раньше“. И пришедший ему на смену Помпиду начал с открытия центров современного искусства. Старый консерватор Помпиду начал с наведения мостов с новым поколением! Он почувствовал, догнал, поймал эту необходимость. Бунтующим студентам не стали навязывать деголлевскую изоляционистскую политику, Франция пошла в Европу. И революционная ситуация 1968—1969 годов постепенно сошла на нет, потом что власть дала сигнал: ребята, мы вас слышим, мы для вас не угроза! Молодые люди хотят всемирности, они не признают границ и ограничений. И сейчас мир предоставляет им эту возможность. А нынешняя российская власть её закрывает или уменьшает. Вот откуда революционность сознания аполитичной молодёжи. Это не про политику, это про образ жизни. Вы мне интернет, поисковики, „Телеграм“ хотите ограничить? Нет, ребята, я с этим не согласен. Я уже привык, это мне принадлежит по праву. Я родился в „Телеграме“ с гаджетом в руках», — считает Венедиктов.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ