Два Алексея как возможные преемники Путина и страшилка украинского майдана

Обозреватель издания «Новый день» прикидывает шансы тульского губернатора Алексея Дюмина и оппозиционера Алексея Навального на предстоящих президентских выборах 2018 года.

«Интриги вокруг предстоящих выборов слабенькие: вот Жириновский – Троцкий наших дней – на голубом глазу сообщил всей нации, что возможно, на президентские выборы пойдёт не ВВП, а его ставленник. Сам президент в привычной для себя психологической манере изрёк, что пока не время говорить об участии в выборах: оттягивает до последнего „публикацию“ важных решений. При этом, думаю, не без удовольствия наблюдает, как его окружение и некоторое количество управляемых оппонентов примеряют на себя „корону“. И, полагаю, точно знает аппетиты своей команды. Равно, как и ситуацию „затягивания поясов“ для 90% населения. Поэтому, думаю, он вполне может и отказаться от следующего срока.

Новая власть – даже преемник ВВП (силовик, молодой технократ, симпатичный обществу оппонент) для создания или имитации в обществе победы справедливости должен будет пожертвовать кем-то именно из ключевого звена предыдущей кремлёвской элиты. Выберут, уже не сомневайтесь, самого одиозного и богатого + потрафят низменным инстинктам самого агрессивного и плохо образованного сегмента россиян. Ну, как случилось с Ходорковским при воцарении ВВП.

В случае, если политические умы не рискнут поставить во главе государства юриста и оппонента нынешнему Кремлю Алексея Навального – не такого уж и антипода ВВП, если копнуть глубже, преемником действующего президента, по логике русской жизни, должны сделать „такого же как Путин“.

Чужая голова – потёмки, конечно, но кажется, смоделировать требования к будущему преемнику Путина, которые бы удовлетворяли планам ВВП на „негосударственную жизнь“, не очень сложно. Их всего-то четыре.

Гарантии долгосрочной личной безопасности предшественнику и его ближнему кругу. Реальный авторитет в основных силовых кланах России: в армии, ФСБ, ФСО, ГРУ, Росгвардии, ВПК. Относительная молодость, чтобы выдержать два срока службы „рабом на галерах“. Формально незапятнанная и прозрачная репутация и солидный послужной список (желательно не политической карьеры).

Такой кандидат на сегодняшний день, по прикидкам политологов, всего один – „словно в году весна“. Это действующий 45-летний губернатор Тульской области Алексей Дюмин, который уже 18 лет буквально „рядом с Путиным“.

Дюмин – военный, специалист „по противодействию техническим средствам разведки противника“. Прошёл через все силовые структуры: ФСО (от охранника и адъютанта Путина до начальника управления в Службе безопасности президента), ГРУ (командующий Силами специального операций России), Минобороны (начальник Главного штаба Сухопутных войск – первый заместитель командующего Сухопутных войск России, заместитель министра обороны России).

Больше года работает губернатором нашпигованного оборонкой региона. „Тренируется“ в политике: получил степень кандидата политических наук (тема его научного исследования связана с деятельностью „европейской восьмёрки“).

Участвовал в „Крымской кампании“. Именно он обеспечивал бескровный переход Крыма под юрисдикцию России (в награду получил звезду Героя России и звание генерал-лейтенанта). Так что, он почти кровный политический брат действующего главы государства.

Если Путин и К решатся на этот сценарий, то уже к концу текущего года Алексея Дюмина могут утвердить исполняющим обязанности президента РФ с последующим избранием его на эту должность. Заинтриговал же недавно ВВП „избранных“ вскользь брошенной фразой: мол, ждите, дорогие к концу года сюрприз.

Кстати, перенос выборов с 10 марта на 18 марта, скорее всего, тоже не случаен. Возможно, так создаётся атмосфера преемничества: 18 марта – очередная годовщина присоединения Крыма к России.

Что же касается команды Дюмина. Даже если поначалу он и сохранит часть путинских кадров – того же Шойгу, то постепенно (и на самом деле очень скоро) он заменит всех членов правительства сверстниками – технократами. Самым влиятельным станет коллега Дюмина по ФСО Дмитрий Миронов. Не исключено, что именно этот „Димон“ сменит нынешнего во главе правительства. Руководителем же ФСБ Дюмин поставит другого сослуживца – Евгения Зиничева (уже перешедшего из Калининградских губернаторов в замы главы ФСБ).

Понятно, что карьеру Медведева и тот, и другой Алексей легко (!) принесут в жертву на алтарь своего рейтинга. Но без серьёзных последствий: уедет ДАМ преспокойно в Штаты, где в богатстве и тишине займется всерьёз любимым делом – фотографией и освоением новехоньких гаджетов. Другое дело, кого из одиозов – магнатов путинской поры они решатся отправить в места не столь отдаленные, демонстрируя намерение побороть коррупцию и бла, бла, бла...

При нынешнем стабильно ухудшающемся положении граждан протест может обостриться в любой момент (народ российский, как помните, начинает бурлить с 20-го августа). Прогнозов по улучшению ситуации пока не было. Соответственно, предвыборная начнется (и выборы могут проходить далее) в обстановке сильного политического „расстройства“.

Пойдет ли на выборы Путин или его преемник – неважно. Ход и результат голосования могут радикально измениться. Собственно, политический кризис мы уже наблюдаем не первый год. Бесконечно длиться он не может – так или иначе политические перемены (и серьёзные) произойдут. Политический процесс – штука сложная, одними выборами нерегулируемая. Кроме того, иногда в политическую плоскость перерастают акции, имеющие в своей основе совсем другую природу: экономическую, культурную, экологическую. В Москве, например, это может быть связано с пресловутой реновацией. В сумасшедшем Петербурге – с ситуацией вокруг Исаакиевского Собора, в Челябинске – со строительством Томинского ГОКа. И так по всей стране.

Когда власть – и региональная, в том числе, игнорирует волнение, вопросы, недовольство населения, митингующие меняют свои лозунги. На политические. И, думаю, кремлёвские товарищи об этом в курсе – иначе не появился бы в красных стенах Сергей Кириенко. Именно его команде, возможно, предстоит разработать меры, предотвращающие слияние в национальный протест локальных выступлений. С очередным пришествием Кириенко в политику можно связывать и возросшую осторожность власти в отношении оппозиции, соблюдение некоего довольно хрупкого баланса. Как они будут действовать при обострении ситуации – время покажет.

Но думаю, избыточное давление – наихудший вариант (для власти). Озлобленные снижением качества жизни люди могут и взорваться. И тогда подгнившая конструкция нынешней государственности развалится. Ну, как это было на исходе эпохи невнятного Горби. Собственно, когда я говорю: и кремлёвские об этом в курсе, я имею в виду и призыв Матвиенко проанализировать обоснованность тарифов в системе „Платон“. И требование парламентской оппозиции отпустить после митингов 26 марта школьников и студентов, и даже провести расследование относительно фактуры фильма-расследования „Он вам не Димон“. И даже единороссы с думской трибуны (правда, это сделал довольно продвинутый член упомянутой партии – в прошлом журналист Ревенко) заявили, что нападения, поджоги и обливания зелёнкой – не политическая борьба, а преступление. Всё это, может, и запоздалое, но проявление здравомыслия элит, которое, впрочем, на изменение политической ситуации в стране сейчас не повлияет. Хотя бы потому, что уступки власти всегда повышают амбиции её оппонентов.

У Навального появилось много сторонников в молодёжной среде. Для власти это „Terra Incognita“. Но они эту территорию и её обитателей уже начали изучать. Кроме того, власти ведь тоже в курсе очевидного общественного раскола: кроме сторонников Навального есть и его ярые оппоненты. Кроме защитников Исаакия от РПЦ есть активисты за передачу собора церковникам. Кроме противников строительства Томинского ГОКа есть ратующие за его возведение – мол, появятся, новые рабочие места в деградирующем от безработицы регионе.

Даже отношение к секс-меньшинствам раскалывает общество. И я думаю, в интересах власти все имеющиеся на данный момент „раскольничьи“ ситуации поддерживать как можно дольше, чтобы агрессия противостоящих сторон не реализовалась против неё. Тоже, в общем-то, классика политического жанра.

Конечно, можно и вообще-то нужно подобные ситуации выправлять. Самый эффективный способ – обрисовать красивую и выполнимую перспективу. Увы. Пока власть „пользует“ ретроспективу. Один из главных примеров – 9 Мая. К нему не очень умело „подвязывают“ „наш Крым“. Есть ещё страшилка: будете буянить, ситуация скатится к украинскому коллапсу. Все эти посылы с каждым политическим неменяющейся власти сезоном работают всё слабее, переходя в другие формы осознания обществом себя и всё более четким пониманием отсутствия у страны целей и задач. Собственно, даже элиты в растерянности. В некой усталой дезориентации они „ждут перемен“.

Знакомые историки утверждают, что гражданская война в России сейчас невозможна – дескать, нет необходимых „фундаментальных“ условий. Надеюсь, что они правы – и новое время ограничится лишь отдельными эксцессами противостояния. Мне и самой кажется, что нынешний этап больше похож не на 1917-й, а на период 1988—1990-й, то есть на канун той самой „Декларации“, которую сегодня стоит вообще-то перечитать.

И вот эти дети и молодёжь, что с энтузиазмом выходят сегодня на акции движения Навального, – это мы, но четверть века назад. Их позиция – это, частично, конечно, наши разговоры. Разговоры, что они слышат дома. И именно эти разговоры во многом способствуют их политической социализации (а не только соцсети, как принято считать). Но мы лишь говорим, урезаем свой бюджет, в острых случаях – разоряемся, а молодёжь, в силу максималистской обостренности чувства справедливости, выходит на улицу. Эта активность молодых – отражение и нашего меняющегося настроения.

26 марта все мои знакомые, у которых дети пошли на митинг против коррупции, пошли вместе с ними. Взрослые сказали: потомки не оставили нам выбора, мы же нормальные родители; давить на детей нельзя, тогда они пойдут в политику из чувства протеста против давления; отпускать одних – опасно... Тогда я подумала, что довольно сложно, на самом деле, так уж четко вычленить протест пубертатов из общего состояния взрослого общества.

И думаю, что исследования социологов, что московское студенчество пойдёт голосовать за Путина – Навального в пропорции 47% к 7% тоже от лукавого. Студенты ведь не идиоты откровенничать в этой стране – научены своей коротенькой жизнью. Тут куда важнее цифра в 66%. Две трети студентов считают коррупцию главной бедой страны.

Ну и, кроме того, я полагаю, что Навальный при всей его деятельности не такой уж известный политик, особенно за пределами столицы. Однако, факт налицо, Навального начинает поддерживать и раскручивать поколение, что, в отличие, от нас, предпочитающих терпеть и пробегать между капелек, рифов и скал, готово протестовать. Видимо других каналов для реализации своих устремлений и запросов они в нашем обществе просто не видят. Ситуация властью не выправляется – значит и повод для протеста остается. У молодёжи в первую очередь.

К слову, Ельцин тоже не сразу стал узнаваем, не то, что популярен. Но ситуация у него тогда, в конце 1980-х, была, как сейчас у Навального: даже откровенные промахи, не говоря уж о гонениях, шли ему в плюс.

Вот опять, как черт из табакерки, выскочила аналогия с периодом крушения СССР. А почему нет? Путинское время – некая реставрация ушедшего в историю „светлого советского прошлого“. На Южном Урале эта реставрация, кстати, началась на три года раньше, чем по всей стране: в конце 1996-го года измотанный реформенным разорением электорат выбрал губернатором представителя советской партийной номенклатуры.

Какие элементы сегодняшней жизни схожи с тем периодом конца 80-х – начала 90-х прошлого века? Да самые главные. Государственная система деструктивна. Менеджмент неэффективен. Нефтяная составляющая – как под копирку. Охлаждение отношений с Западом. В „роли“ Афганистана Сирия и Донбасс… В роли Бориса Николаевича – Алексей Анатольевич…

И изменится всё похоже, как всегда в России – быстро и навсегда. И не факт, что в лучшую сторону. Все мы помним, как грабили население в 90-е народившиеся олигархи, хоть как-то приведенные в чувство бывшим чекистом – нынешним президентом.

Есть и отличие: на регионы держава не развалится. Во всяком случае, в это как-то не верится. Впрочем, в 1917 народ не верил, что русское царство развалилось. В 1991-м казалась невозможной кончина СССР», — говорится в материале.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here