Тулячка рассказала об административном барьере при усыновлении ребёнка

Жительница Тульской области, многодетная мать, имеющая троих своих детей и одного приёмного, рассказала, как сложно ей оказалось усыновить ребёнка в Сызрани.

Евгения (фамилии и имена героини и ребенка изменены) живёт в своем частном доме под Тулой. Она была выращена в исконно русских традициях: дом должен быть свой, с огородом и садом, а ребятишек в семье – много. Сейчас у неё с мужем трое своих детей и один приёмный. Недавно возникла мысль усыновить пятого малыша.

«У нас в Тульской области существуют проблемы с усыновлением. Большая часть детей в приютах с очень тяжёлыми диагнозами, боюсь, мы к такому не готовы. Это, кстати, тенденция многих центральных и западных регионов. Поэтому родители, желающие усыновить малыша, часто едут в Поволжье. У нас и самих был подобный опыт – в начале 2016 года взяли мальчика из Самары. А теперь вот я приехала в Сызрань за Миланой. У меня была предварительная договорённость, созванивалась с органами опеки, уведомляла о том, что я приеду. Подготовила все необходимые документы, ещё раз уточнила, могу ли я приехать одна – ведь усыновляем-то мы с мужем вдвоём. Меня заверили, что документов достаточно и можно быть без супруга.

Но 11 числа по телефону мне сызранская опека сказала, что есть ещё кандидаты на Милану и им выдано направление на знакомство с ребенком. Тем не менее, я все равно поехала и 13 числа была в Сызрани. Вечером этого же дня мне звонят и говорят, что на Милану подписала согласие другая семья. Тогда я созвонилась с самарским блогером и волонтёром Ольгой Шелест. Лично мы не были знакомы, но общались через соцсети, в тематических сообществах на усыновление. Когда мы усыновляли первого ребенка, то связывались с ней, так как она пыталась пристроить малышей в семью. То есть, мы не общались с Шелест как с блогером. Вся наша связь сводилась к её волонтерской деятельности на ниве усыновления. Я её никогда ни о чем не просила и не пыталась воздействовать через нее на органы опеки.

Так вот, Ольга позвала меня приехать в Самару и посмотреть детей здесь. Любезно предложила остановиться у нее. Съездила к одному ребенку, к другому – но сердце к ним не лежало. А 18 июля мне позвонили из Сызрани и сказали, что от Миланы отказались. В этот момент я и поняла, что дело нечисто. У меня сложилось впечатление, что сызранские органы опеки пытаются каким-то образом воспрепятствовать усыновлению. Потому что не бывает так: сначала согласие, а через четыре дня отказ. 19 июля я пишу заявление на знакомство, знакомлюсь с малышкой. В детском доме ко мне прекрасно отнеслись, замечательный врач оказался там. Чего не скажешь об управлении семьи. Мне не открыли базу, не познакомили со списком детей на усыновление. Дали просто три распечатанных листка с тремя детьми и всё», — рассказывает она.

После свидания с Миланой Евгения подписала согласие и поехала обратно в опеку. Где ей внезапно сообщили о том, что нужно согласие мужа, хотя на данном этапе оно необязательно — в Сызрани будет оформляться только опека, а усыновление произойдёт уже в Тульской области. Евгения подстраховалась, ещё дома написав от лица мужа согласие, которое тот подписал, но в ведомстве стали убеждать, что такой документ не пройдет. В итоге супруг Евгении у себя в Тульской области написал уже своей рукой согласие, отсканировал и отправил документ по электронной почте.

Также руководитель управления семьи, опеки и попечительства Татьяна Бобрикова укорила Евгению в общении с самарскими блогерами.

«При встрече она задала странный вопрос: зачем, мол, сразу же обращаемся к блогерам? Хотя я ни к кому не обращалась. На что госпожа Бобрикова ответила: „Ну вы же знакомы с Ольгой Шелест“. Я подтвердила знакомство, но убеждала Татьяну Анатольевну, что ни о чем не просила, никто никуда не писал. Бобрикова у меня потребовала, чтобы я созвонилась с Шелест, включила громкую связь, а Ольга пообещала писать только положительные отзывы о работе сызранской опеки. Чтобы не развивать конфликт, мы согласились и все сделали. В итоге я уезжаю сегодня в Тулу вместе с Миланой, чему безумно рада», — делится она.

Сызранские чиновники всячески дистанцируются от гласности и публичности, что уже никого не удивляет. Но поведение Татьяны Анатольевны уже граничит с истерией. Причина такой реакции на обычное сетевое знакомство двух людей может заключаться в боязни Бобриковой потерять свое место. Ведь прецеденты уже имеются. Тот же конфликт с Шелест основывается на предыдущих инцидентах, когда сызранские органы опеки начинают выдумывать непонятные причины, чтобы притормозить процедуру усыновления. Одним словом: хотите усыновить в Сызрани – готовьтесь к административному барьеру, пишет местная газета.

Новости